Северянка просила взыскать с ответчика предусмотренные законом денежные средства, признав сложившиеся с ним правоотношения трудовыми.

Представитель ответчика в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований, указав, что истец заключил с третьим лицом устный договор гражданско-правового характера на три месяца.

Суд установил, что с декабря 2024 года истец работала у индивидуального предпринимателя в должности продавца непродовольственных товаров в одном из отделов торгового центра. С марта по апрель 2025 года она находилась на больничном, ей сообщили об увольнении. Оплата больничного не произведена, в полном объеме не выплачена заработная плата.

Изучив представленные сторонами доводы и доказательства, суд пришел к выводу, что сложившиеся между ответчиком и истцом отношения характеризуются определенностью выполнения истцом трудовой функции продавца непродовольственных товаров, наличием контроля и руководства со стороны работодателя, поскольку все ее действия отражались в используемом индивидуальным предпринимателем программном обеспечении, что характерно для трудовых отношений. Ответчик допустил истца к работе продавцом непродовольственных товаров, ей определили место работы по определённому графику с исполнением ряда обязанностей.

Суд возложил на ответчика обязанность внести в трудовую книжку истца сведения о приеме на работу и об увольнении по собственному желанию на основании пункта 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации; ответчик обязан выплатить истцу задолженность по заработной плате, компенсацию за задержку выплаты заработной платы, пособие по временной нетрудоспособности, компенсацию морального вреда, всего – 63943 рубля.
Суд также взыскал с ответчика государственную пошлину в доход местного бюджета.

Решение суда в законную силу не вступило.